помочь двум своим товарищам, превращаемых в котлеты Фрайсом. Не успели. К тому моменту, когда десятник разрубил обоих врагов, неудачливая подмога была раздавлена вновь соединившимися краями провала.
Немного побледневшая магиня поднялась за спинами прикрывавших её молодого дружинника Билоя и одногруппника Эльмия и посмотрела на землянина.
— Ты не на меня смотри, — усталым голосом посоветовала ему Джиса.
Она сказала это в нужный момент. Обернувшись, Андрей увидел, что страшная смерть разбойников от магии и меча мастера их подельников не остановила, а лишь добавила отчаянной ярости. Двое бандитов уже накинулись на Сита.
Смотреть по сторонам у попаданца больше возможности не стало, как и прислушиваться к лязгу железа о железо. Он кинулся к приятелю и вовремя нанёс удар острием меча в открывшийся при замахе бок коренастого мужчины.
Первый поражённый попаданцем враг упал и забился в конвульсиях.
— Спасибо, Анд, — сверкнул улыбкой Сит, проколовший своего соперника в бедро и пытаясь его добить.
Разбойник не долго смог защищаться, истекая кровью в лежачем положении.
— Пустяки, друг, — ответил вселенец.
Праздновать победу приятелям было рано. На них бежали ещё трое татей, рычавших то ли для испуга врага, то ли из собственного страха. Добежали только двое, одного подстрелила в живот из арбалета Джисина служанка, с повизгиванием принявшаяся по новой крутить зарядный ворот.
— Мой правый, — предупредил студент.
— Значит, мой левый, — согласился Андрей и сделал резкий выпад, целясь мечом в сердце.
Попал точно, куда и намеревался. На тренировках его удар засчитался бы победным, однако, в реальном бою меч разорвал телогрейку и уткнулся в металлический щиток скрытого одеждой доспеха.
Вовремя оценить ситуацию не получилось, но развитая ловкость позволила избежать смертельного ответа. Поплатился раной бицепса левой руки, не глубокой, но болезненной.
— Козёл, — высказался попаданец в обросшее волосами до глаз лицо неприятеля, — Получи, — он хотел проткнуть тому шею и опять неудачно.
— Убью, крысёныш! — хрипло пообещал бандит Андрею и неожиданно сделал выпад клинком в плечо Сита.
Приятель оказался начеку, и острие только пропороло ему куртку.
Бандит перехитрил сам себя. Он не успел вовремя обернуться к Немченко, чем тот и воспользовался, быстрым финтом зайдя сбоку и полоснув разбойника режущей частью клинка сзади коленки.
Этот приём оказался успешным, бандит упал. Добивать его Андрей пока не стал, принявшись отвлекать на себя соперника Сита.
Редин, отец Вита, владел стихией воздуха, поэтому раздавшийся за спиной звук заклинания молота Немченко сразу же узнал. Судя по множественному воплю со стороны леса, амулет использовал кто-то из дружинников. Вряд ли сама магиня, Джиса продолжала разить врагов второуровневыми дистанционными заклинаниями окаменения, видимо, на большее у неё не хватало уже энергии.
— В нас не стрельни, дура! — расправившийся со своим противником приятель отскочил в сторону. Служанка на инстинктах повернула заряженный арбалет, который держала в трясущихся руках, вслед за Ситом, — Ты меня решила убить?!
— Н-нет, — ответила женщина и, спохватившись, навела оружие на подкрадывающегося к карете очередного бандита, — Е-его, — она спустила струну.
В родном мире Немченко эту молодую женщину вполне могли наградить значком Ворошиловского стрелка. Второй выстрел и второе попадание.
Андрей вспомнил о недоделанной работе и добил подрезанного в коленке разбойника. Огляделся.
С другой стороны кареты бой, похоже, вновь начал нарастать. И тут раздался крик: "Рыбака убили!". Смерть главаря деморализующе подействовала на уже сильно побитого противника. Разбойники пустились в бегство.
— Здорово мы с тобой сражались, Анд, — приобнял Сит землянина.
Глава 7
Если судить по количеству бандитских трупов, валявшихся вокруг кареты, на дороге и среди деревьев, вспомнить о тех, кто буквально провалились под землю или оказались вмурованными в камень, и соотнести это с озвученной ранее десятником численностью шайки Рыбака, то, получается, что отряд олы Пирен уничтожил почти половину банды.
Андрей зримо в очередной раз убедился, что магия почти совсем не подчиняется ранее ему известным законам мироздания. При виде того, во что Джиса превратила главаря разбойников и некоторых его подельников, землянина чуть не вырвало.
Статуя Рыбака, словно бы изготовленная из того же материала, что и силикатный кирпич, устойчиво застыла в десятке шагов от левой дверцы кареты, но при этом глаза каменного истукана продолжали жить. Они были наполнены невыносимой мукой.
— Что ты хочешь делать, Билой? Не трогай, — Фрайс остановил дружинника, занёсшего меч над атаманом, — Пусть сам подохнет. Тварь должна ещё помучиться. Мы троих парней потеряли из-за этого урода.
По мнению попаданца, потерянные жизни бойцов ол Пиренов были в не меньшей степени на совести Джисы. Вот куда её понесло? Старший охраны ведь предупреждал.
Разумеется, высказывать своё мнение Немченко не стал. Он молча терпел ноющую боль раны, которую ему обработал каким-то бальзамом и перевязывал отрезом ткани Эльмий.
Раздавшиеся мольбы о пощаде со стороны замурованных ногами в камне бандитов быстро прервались. Один из дружинников, подходя сзади к потерявшим возможность двигаться противникам, хладнокровно всех убил.
Джиса устало сидела на полу кареты, уперевшись сапожками в ступеньку. Служанка и принесший откуда-то воду мальчишка оттирали её заляпанное грязью шерстяное платье.
Похоже, что смерти своих воинов, тем более, врагов магиню совсем не трогали. И дело тут вовсе не в её чёрствости и бездушности. Просто, в Гертале, где войны, стычки и феодальные разборки происходили постоянно, где за небольшие проступки подвергали мучительным казням, а почти треть малышей не доживало до годика, когда эпидемии могли выкосить половину населения, хотя, к счастью, случались очень редко, такая реальность не могла не сказаться на характере людей.
— Фрайс, — подозвала Джиса командира отряда, — Возьми, — она сняла с пальцев те самые амулеты-кольца, которыми на постоялом дворе лечила одногруппников, и протянула их на ладони, — Помоги Лерту и Сайтилу, — тут ола заметила взгляд попаданца и слабо улыбнулась, — Извини, Рей, ты опять остался без исцеляющей магии.
— Ему и не надо, — сообщил Эльмий, — Через половину луны и так заживёт.
Анд кивком показал девушке, что так оно и есть, её сокурсник не врёт, рана несерьёзная
Магия жизни творила настоящие чудеса, позволяя даже восстанавливать утраченные конечности. Правда, процессы возвращения полного здоровья длились дни, а иногда и луны. Однако, убрать угрозу смерти у тяжелораненых могли и амулеты, изготовленные адептами жизненной стихии.
Взятыми у олы перстнями десятник помог названным ею воякам самостоятельно встать на ноги. Магические артефакты без проблем активировались и неодарёнными.
— Эльм, Анд, пошли топоры
